Согласно позиции Конституционного суда Российской Федерации, субъект РФ вправе самостоятельно расширять перечень способов выдвижения кандидатов, в том числе включать в него самовыдвижение. Причиной обсуждения этого вопроса стала жалоба гражданина Вячеслава Иванова в КС РФ, об оспаривании закона Новгородской области о выборах губернаторов, в котором не было предусмотрено самовыдвижение кандидатов на должность главы региона. Таким образом, можно предположить, что в ряде регионов могут запретить гражданам пассивное право принимать участие в выборах глав субъектов в качестве субъектов. Эту новость редакция портала НЕСЛУХИ.РФ попросила прокомментировать политического аналитика, эксперта Комитета Гражданских Инициатив Александра Кынева:
— Во-первых, я считаю, что это решение противоречит международно-правовым обязательствам. Даже если исходить из европейских правовых документов, подписанных нашим государством. А здесь стоит напомнить, что по Конституции, международные правовые акты являются частью правовой системы. Согласно принятым в рамках ОБСЕ обязательствам, страны-участники гарантируют гражданам право участия в выборах в личном качестве. Об этом говорится в п. 7.2, п. 7.5 документа Копенгагенского совещания 1990 года, подписанного Российской Федерацией. То есть это действующий правовой документ, который наша страна подписала. И даже там, где выборы в европейских странах проходят по спискам, все равно обычно предусмотрено самовыдвижение, когда в бюллетень вносятся также независимые кандидаты.
Второе. Даже с точки зрения внутриполитической логики, здесь также есть смысловое противоречие. Потому что курс на принудительную партизацию выборов вроде бы закончился, потому что его пик был в 2009-2010 гг., когда принудительно вводили партийные списки на выборах все более низкого уровня. Но с 2011 года этот курс пошел на спад. Сначала Московская область перешла от пропорциональной к смешанной системе выборов облдумы. В прошлом году приняли закон, предполагающий сокращение доли партийных депутатов, сейчас Госдуму хотят сделать смешанной. То есть, с точки зрения внутренней конъюнктуры, обозначился вектор заведомо противоположный.
И здесь получается, с одной стороны противоречие с позиции международного права, а с другой, с позиции внутриполитического курса.
